Сегодня возникла ситуация, когда новые и старые религии будут ориентироваться под новое время: приспосабливаться и жить в новой реальности, в период постпандемии.

15 мая 2020 года состоялся первый день международной онлайн-конференция «Жизнь в эпоху Постапокалипсиса» PALE (Post-Apocalyptic Life Era)
Тема дискуссии: «ВЕРЫ НОВОГО ВРЕМЕНИ»
Модератор: PhD. Виталий Лунев
Участники конференции:  PhD. Олег Мальцев, Prof. Максим Лепский, Prof. Людмила Филиппович, Dr. Массимо Интровинье, Вилли Фотре.
На обсуждение было поставлено 4 вопроса (они ниже). Дискуссия участников длилась 2 с половиной часа. Публикуем ответы на вопросы академика Олега Мальцева.

 

  1. Никто не предвидел ни угрозы пандемии, ни последующих событий. Что можно было бы сказать о религиозных пророчествах, которые, как правило, должны содержать подобные прогнозы?

Я был в самом центре пандемии, когда она началась и когда она продолжалась в Европе. И вопросы «зачем» и «почему» — это как раз те вопросы, на которых я специализируюсь. Многих ученых интересуют какие-то другие вопросы, но не меня. Когда мы задаемся вопросом, почему такие великие религии, столько лет существующие, не предсказали пандемию, то нужно вернуться к представлению о том, что спрашивается в этом вопросе, а он связан в религиозном мире с неким пророчеством. Дело в том, что пророчество — это очень мощный инструмент в руках религиозного аппарата, особенно если ты умеешь им пользоваться. Преимущество инструмента пророчества заключается в том, что за него никто не отвечает, то есть это пришло откуда-то свыше и даже если там (свыше) кто-то передумал, то ничего страшного не случится. Люди, которые называются священниками, на земле за небесную канцелярию ответственности не несут. Как вы понимаете это некая шутка, аллегория.

Так вот, прогнозирование можно осуществить двумя методами:
— либо при помощи каких-то аналитических способностей;
— либо с помощью какого-то божественного дара (ночью тебе приснилось что-то, или Бог тебе что-то сказал и это оказалось действительно так).

Но, к сожалению, современные религии давно уже не видели никаких великих пророков, священники давно уже превратились в неких функционеров. Функционеры сами по себе  ничего не способны прогнозировать, ни при помощи аналитического аппарата человеческого разума, ни при помощи каких-то сверх-способностей человеческих. За последние сто лет мы не видели ни одного человека, который мог бы что-то предсказать, и это предсказание бы действительно сбылось. Это  касается непосредственно религиозных движений, и не касается использования аналитического аппарата или использования каких-то сверх-способностей. И этому есть совершенно конкретная причина — крайне низкий уровень подготовки корпуса священников. Когда мы смотрим на современных священников, то можем даже найти среди них начитанных и очень не глупых людей, но это не значит, что они способны прогнозировать будущее.  Прогнозирование — это очень специфическая отрасль.

Если мы говорим о новых религиозных движениях, то это некие коммерческие структуры, созданные посредством маркетинга, и они уж точно не предназначены для того, чтобы что-то прогнозировать.

В заключение я хотел бы сказать, что я полностью согласен с Массимо Интровинье и профессором Людмилой Филиповоич, которые сказали, что в общем-то от церкви уже давным-давно никто ни каких прогнозов не ждет.

 

  1. Большое число священников и монахов заразились коронавирусом. Подобная тенденция оказывает большое влияние на паству и порождает массу вопросов и сомнений.

Я, честно говоря, выслушал прекрасную презентацию о мужестве священников, с большим трепетом слушал про мужество итальянских священников, про мужество ортодоксальных священников. Я думаю, что кто-то должен ответить на поставленный вопрос.

Я думаю, что у любой религиозной конфессии есть свой ответ на вопрос почему их священники заболели и Бог им не помог. Мне очень понравилась классификация, которую озвучил Массимо Интровинье, которую высказала Людмила Филиппович, а также Вилли Фотре. Позвольте, я внесу свою классификацию. Я бы поделил представителей религиозной конфессии на 2 категории: на очень «сильных парней» и людей, которые давно не верят в Бога.

Те, кто бросились подчиняться всем правилам карантина, это люди, которые давно не верят в Бога. Те же люди, которые были очень «сильными», заболели сразу же. Ни в первом, ни во втором случае никакого Бога мы не видим.  Так в чем же проблема? Вы знаете, в свое время Максим Исповедник сказал очень интересную фразу: Бог спасает нас не без нас. Как вы понимаете, те церкви, которые были триста-четыреста лет назад, и сегодняшняя церковь — это две разные совершенно церкви.

Важно понять, что современная религия в своем составе не содержит сверх-людей. Почему так? На это вопрос я обязательно отвечу, когда подойдем к четвертому вопросу. Все религиозные учения, которые сегодня существуют в мире, безинструментальны, безметодологичны и не направлены на создание каких-то сверх-людей. Современным религиям нужна паства, а не свер-хлюди.

Хочу вам осветить один парадокс. Если изучать документы 16-17 века, то вы увидите, что такая наука как психология была сосредоточена в руках как раз религиозных деятелей. По сути, это были самые образованные люди испанской империи. Сегодня священники учит психологию, и уже это показывает, что пройден некий круг периодов, и это уже конечная точка деградации. Если еще 300-400 лет назад религиозные деятели были неким вместилищем знания, то уже сегодня деградация дошла до такой стадии, что они ходят к тем, кому они якобы передали это знание, чтобы учится этому же знанию. Один из выдающихся моих коллег Аллан Стив (знаменитый  антрополог) сказал, что сегодня дети учат родителей. По сути своей церковь перестала быть родителями для паствы. Там находятся совершенно обыкновенные люди и, соответственно, они могут болеть коронавирусом и другими заболеваниями, и им совершенно не стыдно заболеть, потому что никто от них никакой божественности уже давным-давно не ждет.

 

  1. Взгляд самих верующих на ситуацию. Вера — то, что должно защитить от невидимого. Если та или иная вера не смогла защитить человека, то возникает вопрос: насколько эта веря правильная и главное — насколько она необходима человеку. Возможно нужно искать что-то другое?

Вы знаете, я очень взвешенный и уравновешенный человек, но эта пандемия — это единственное, что меня разозлило в последнее время. Меня не разозлило наличие самой пандемии выдуманной, а я глубоко убежден, что эта пандемия выдуманная. Но эта не тема нашего разговора. Меня жутко разозлило поведение правительства Евросоюза, которые в общем-то, как оказалось, живут совершенно не в демократическом государстве. И я могу это абсолютно точно утверждать, потому что в пик пандемии я в мести с профессором Максимом Лепским находился в Германии, Франции, Испании, Португалии. Мы проехали всю Европу в момент пика пандемии.

Когда я возвратился, то написал книгу «Как меня заставили изучать психологию Европы». Изначально мной была запланирована другая книга о психологии юга Италии, но обстоятельства вынудили меня изучить психологию всей Европы. В книге я подробно изложил насколько бездарно правительство Европы, на каком уровне духовного, интеллектуального падения на сегодняшний день находятся жители Европы. Вы знаете, многие Украину считают страной третьего мира, но если вы возьмёте видеокамеру и пройдётесь по нашим супермаркеты в момент пандемии, то не увидите того, что происходило в Европе: как люди бешено выгребают продукты с прилавков и дерутся за туалетную бумагу. Такое поведение людей подобно поведению животных в цирке. Мной из Европы было привезено более 1000 фотографий и немало видео, на которых отчетливо видно, что происходило в Европе и в момент начала пандемии, и уже в сам пик. И не один украинец не вел себя подобным образом.

Возвращаясь к вопросу, который был задан профессором Филиппович, я думаю, что вся проблема в религии от рождения, которая ведет к разочарованию. По сути своей, тот закон, который принят в Евросоюзе на сегодняшний день, который запрещает крестить людей при рождение, вызвал жуткие споры. Наши церкви привыкли к автоматической пастве, а я думаю, что очень правильно, пусть они помолятся за паству. Я считаю что религиозная конфессия, любая, данная при рождении,- это нарушение фундаментальных прав человек. Каждый человек должен самостоятельно в осознанном возрасте выбирать ту религиозную конфессию, с которой он хочет связать свою жизнь. Каждый человек, выбирая такую религиозную конфессию, будет сам отвечать за выбор. Правильный он или нет – это его выбор. Вопрос состоит в том, нужно ли что-то иное искать. Думаю, что поиск идет уже очень давно, и как вы видите, поиск не прекращается, иначе откуда бы у нас появлялись новые религиозные движения. На любом рынке если будет существовать спрос, будет и предложение. Что касается пандемии, то это катастрофа для всего мира. Вообще, любая пандемия — это катастрофа для мира. Любая катастрофа —  это кардинальная причина для изменения на религиозном рынке. Если мы вспомним историю, то очень многие религии пришли как раз на волне пандемии. Вспомните чуму в Европе. Катастрофа, которая происходит сегодня, многоуровневая: духовная, психологическая, социальная, экономическая, биологическая. Сегодняшняя пандемия — это всего лишь репетиция, и маловероятно, что она произведет какие-то серьезные изменения на религиозной арене в Европе и мире. Но когда придет настоящая пандемия, настоящая катастрофа, то это как раз будет предтечей новой религии в мировых масштабах. Такая религия может возникнуть, с моей точки зрения, прежде всего как альтернатива христианству, я считаю, что христианство сегодня самая уязвимая религия из всех.  Новая религия, которая может прийти вслед за настоящей пандемией, будет иметь следующие характеристики: низкая интеллектуальность, что обеспечит массовость, и виртуальность. Вот эти две характеристики, которые я точно могу назвать. Вероятнее всего у этой будущей религии существуют и другие характеристики.

Если можно создать из несуществующий пандемии существующую как репетицию перед настоящей угрозой, то настоящая угроза вряд ли произойдет завтра или через 3 года. Я думаю, что между такими событиями промежуток обычно не меньше 5 лет. Люди должны забыть то, что было. Но вот когда будет уже не репетиция, а основной акт, то я думаю, что этот основной акт будет как раз предзнаменовать появление новой религии со совершенно с иными характеристиками, которые нам совершенно непривычны.

Что касается вопроса что нам делать в этой ситуации? Ну, во-первых, вы видели, что ученые поделились на две категории: активно поддерживающих пандемию, и ученых здравомыслящих, которые говорят о том, что «прекратите заниматься тем, чем вы занимаетесь, никакой пандемии не существует, это все выдумки». Я считаю, что ученые сейчас должны активно высказывать свои позиции. Большинство ученых на  все происходящее сейчас смотрят просто со стороны: как правительство нарушает законы и права человека, и все это объясняется некой безопасностью. Но (!) никакая безопасность не может оправдать нарушение закона, иначе нам нужно менять систему права, а на это вряд ли кто-то согласится. И самое главное, что никто за это не несет ответственности. Очень хотелось бы, чтобы кто-то все таки пострадал как человек, который организовал все это «светопреставление» для всего мира, но, к сожалению, вряд ли мы этого дождемся когда-либо.

Что касается детей, то здесь все очень просто. Дети будут реагировать так, как воспитывают их родители. При активной позиции большинства учёных в мире я думаю, что это можно не только остановить, но и следующую волну прекратить.  Если большинство ученых займет активную позицию в настоящий момент времени относительно происходящих событий, не только относительно пандемии, но и поведения госчиновников, церкви и всех остальных, то думаю, что мы совместно можем это остановить, предотвратить и выработать программу, которая бы позволила совершенно спокойно больше подобного рода вещей не допустить.

 

  1. Бессилие. Ни один из религиозных деятелей не смог сказать, что делать в ситуации глобальной угрозы.

Вы, наверное, заметили, что мои ответы несколько не похожи на ответы наших иностранных коллег, и это все потому, что я в науке больше всего ценю два вопроса: «зачем» и «почему». Когда мы говорим почему церковь не взяла управление на себя и не ликвидировала пандемию, то первое, что хочется сказать, так это то, что менеджмент — это очень серьезная наука. Вам кажется, что менеджмент изучают во всех университетах, но вы должны понимать что, то, что преподают в университете, ни к какому менеджменту никакого отношения не имеет. Спросите любого человека, который управляет людьми, что он думает о университетский лекциях по менеджменты, и вы увидите как он будет смеяться. Менеджмент стоит на двух главных вещах: это потрясающие стратегические способности руководства и очень серьёзная система подготовки кадров. А мы уже привыкли, что все управляющие решения в государствах принимают правительства. И здесь я абсолютно согласен с профессором Массимо Интровинье, что у церкви существует некая символическая власть, и  это касается именно Европы. У нас же на русскоязычном пространстве скорее власть традиционная, не символическая, так уже сложилось веками. Так как мы привыкли, что все решения принимают правительство и президент (в зависимости от формы правления государством), то здесь церковь ждала именно от правительства правильных решений.  Мне очень понравилось выражение профессора Массимо Интровинье, который сказал что «даже Украина». Я, много лет находясь в Европе, думаю «даже Европа».  Но в этот раз Европейские правительства превзошли мои ожидания, они не только не справились с этой задачей, а продемонстрировали полную беспомощность, и все это я изложил в книге «Как меня заставили изучать психологию Европы»

Что касается церкви, то мне хочется сказать следующее: любая власть, основанная на выборах, обречена.  То есть, когда власть основана на выборах, то это требует других способностей, нежели способностей управлять. Та власть, которая пришла к правлению в мирный для Европы период времени, когда жизнь практически автоматическая, туда, где уже все давным-давно отлаженно, она не равна той власти, которая попала в центр войны или в центр пандемии. Когда мы говорим о том, что религиозная власть никак не повлияла на правительство, никак не повлияла на пандемию, не смогла ничего предложить обществу, мы должны не забывать, что это всего лишь обыкновенные люди, точно такие же как и в правительстве. По сути своей эти люди пришли к власти, точно также как пришли к власти эти же в правительстве. В настоящий момент времени уже давным-давно у любой религиозной конфессии главный критерий стремления — это власть. Никто не собирает самых лучших и не предлагает самому лучшему занять какой-то пост. Это все происходит несколько иначе. По сути это политика, а политика не требует никаких способностей к управлению. Это когда они уже приходят к власти, то выясняется, что они не умеют управлять, потому что им казалось, что достаточно прийти к власти. Подобная позиция в церкви и в правительстве — это очень безответственная позиция. Посмотрите на то, что делают люди, делает правительство  Европы, и посмотрите, что делаю на Украине. Украина точно копирует немецкий карантин. Они даже уже не стесняются в средствах массовой информации писать о том, что «мы смотрим на европейские страны и повторяем за ними». Почему вы за ними повторяете? Потому что не знаете что вам делать. Любой человек, который не знает, что делать в ситуации, ищет за кем повторять. Это вам скажет любой психолог.

В заключение я хочу сказать следующее. Когда мы выбираем правительство, когда мы голосуем за какую-то церковь, становясь членами это религиозной конфессии, нам нужно задать себе всего лишь один вопрос: если завтра наступит война, что они будут делать. Если вы не знаете ответ на этот вопрос, наверное, лучше тогда за эти конфессии и правительства не голосовать. И если вы переберете все религиозные конфессии и все правительства, и вам не захочется при ответе себе на этот вопрос ни за кого голосовать, то лучше проголосовать против всех. Это хотя бы вам позволит избежать разочарования.
Спасибо огромное за внимание!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *