4-й день конференции, и тема дискуссионной панели — «Субкультура в субкультуре» (особенности исследования атрибутики и символов субкультур). Участие в обсуждении приняли 7 спикеров: Ph.D. Олег Мальцев, Пол Хоккенос, Гэвин Уотсон, Dr. Джером Крейс, Дерек Риджерс, Dr. Бернардо Аттиас, Prof. Росс Хэнфлер.
На  обсуждение было вынесено 2-а вопроса.

Представляем вашему вниманию доклад академика Олега Мальцева.

 

 

Особенности исследования атрибутики и символов субкультур.

Я более 28 лет веду научную деятельность в области исследования символов. Одной из моих специализаций является европейское мистическое учение. Меня всегда очень интересовал вопрос, для чего нужны символы, какой скрытый смысл они несут. Если вы обратите внимание, то ни одна организация, структура, система не может, почему-то, жить без символов. Мой рассказ — это путь, который прошел я, и он будет ответом на поставленный здесь вопрос.

Все начиналось почти 30 лет назад, тогда я только начинал изучать европейский мистицизм как прикладное европейское учение, то есть ту систему, которая была предшественником современной академической науки. Уже тогда я поняла, что европейский мистицизм очень насыщен символами. Через некоторое время работы ко мне пришло понимание того, что символы являются неким пусковым механизмов знания у человека. Все это было в самом начале научной деятельности, но уже было достаточным для того, чтобы многие вещи стали очевидны. В основном люди смотрят, приобретают разного рода символы, атрибутику и не понимают их глубокого значения. Но как только человек начинает работать с символом, он начинает постигать его образовательную, побуждающую функцию. Продолжая работу над символом, человек достаточно длительный промежуток времени прибывает в некому тупиковом состоянии. Связано это с тем, что не за что зацепиться. До тебя уже многие люди изучали символику, и у них ничего не получилось, все их научные изыскания так и остались незавершенными.

Было огромное количество мэтров, которые работали в этой области до меня. Так как я по одной из своих специализаций психолог, то я подошёл к изучению символов через психологию К. Юнга. Продолжая проводить исследовательскую работу в области европейской мистической науки, я столкнулся с тем, что и она не давала ответа на вопрос, связанный с символами. Задача любого учёного – это прояснение плоскости, поля неизвестного. Получается, что если ты ведешь линейную функцию символа или пытаешься понять психологическую функцию символа, ты все равно символ в системе, в объеме как элемент механизма общей системы комплексно не видишь.

В определенный момент времени в моей жизни появился человек, который познакомил меня со школой Липота Сонди  — школой, к который я сегодня принадлежу. С мой точки зрения это одна из самых выдающихся школ психологии в истории самой психологи.  Это несложно выяснить для себя, если немного изучить самого Л.Сонди. И это достаточно странная школа психология, потому что она занимается судьбой человека. По сути Л.Сонди превратил философскую категорию судьбы в психологическую категорию побуждения.

Сейчас я нарисую схему того, как выглядит система. Представьте себе человека, стоящего прямо с опущенными руками. Бессознательно в спину его толкают 8 побуждений, которые бессознательно у него формируют устремления. Все эти устремления направлены к некому блоку задач, и человеку кажется, что если он этого добьётся, то он будет счастлив, богат, то есть с ним в жизни все будет хорошо. Но даже когда появилась эта схема, она все равно не отвечала на вопрос о функции символа.

Далее в моей жизни возникла идея провести исследования трудов  еще одного человека, человека, близкого мне по духу, – Жана Бодрийяра. Его я по сей день считаю одним из величайших философов современности. Меня интересовал сам подход Бодрийяра к исследованию символа. Ж.Бодрияр написал много книг. Мне нужно было прочитать их все глубок вникнуть в каждую из них. Когда я закончил работать с идеями Бодрийяра и посмотрел на эту систему уже комплексно — с психологической, социальной,  философской, экономической и других точек зрения, а также посмотрел на это глазами европейской мистической мысли, я, наконец-то, понял, что символ является источником повторных побуждений человека, ретрансформирующихся в устремления.  По сути, символьная составляющая — это что-то вроде вечного двигателя, который обеспечивает бесконечную бесперебойную работу этих систем. Когда мы берем субкультуру, именно символьная составляющая обеспечивает ровную бесперебойную работу всех ее механизмов, а самое главное — двигатели субкультуры.  Это искусственный рестартер,  обеспечивающий постоянную перезагрузку системы, позволяющий ее сохранить невредимой. Это некие предохранители субкультуры. И поэтому без символьной составляющей ни одна система на сегодняшний день не функционирует и функционировать не может.

Когда меня спрашивают в чем проблема исследования символов, я думаю, что в длинном пути понимания зачем исследовать символы и в комплексном понимании как эта система работает в виде бесконечного двигателя. Я исследовал и продолжаю исследовать достаточно большое количество субкультур, в том числе  криминальных. Исследовательский процесс субкультур ускоряется, когда ты находишься непосредственно внутри самой субкультуры, буквально через 2-3 дня все устройство системы у тебя становится как на ладони. Сегодня мне достаточно видеть только символьную составляющую субкультуры для того, чтобы я уже нарисовал гипотезу о ее функционировании, существовании и прочих системах взаимодействия, не выходя из кабинета. И уже такие исследования превращаются не в сбор информации, а в проверку гипотезы.

 

 

 

 

Явление «Субкультура в субкультуре» и особенности его исследования. Синтез идей в субкультуре, причины существования субкультур, невидимые внутренние механизмы поддержания ее существования.

 

Существует иерархия субкультур, но никто не обсуждал на предыдущем дне конференции то, каким же образом возникает эта иерархия. Когда мы говорим о разных течениях внутри субкультуры, это удобное понимание неких результатов функционирования самой субкультуры.  Сама по себе иерархия возникает за счет двух сил: некой вертикальной и горизонтальной. Здесь существует так называемый компас формирования подобного рода структур, который говорит о том,  что в центре — среднестатистическое равновесие и стрелки  вверх, вниз, направо и налево.

Стрелка вверх: радикализация. То есть любая идея может быть радикализирована. Понятное дело, что вся радиальная система направлена вверх иерархии, то есть чем радикальнее, тем выше. Есть даже некие уловки разного рода организаций, которые обрезают верхнюю радикальную структур, тем самым говоря всем, что у них ее нет. Понятное дело, что радикалы  — это герои, а ни одна субкультура, ни одна религия, ни одна организация без героев существовать не может.

Стрелка вниз: искажение некоего среднего преставления. Что это означает? В общей массе люди искаженно, каждый по-своему, понимают самих членов той или иной субкультуры. Если вы один и тот же вопрос на интервью зададите радикалу и просто приверженцу этой субкультуры, то вы получите два кардинально отличающихся друг от друга ответа.  В свое время я это понял, когда изучал южно-африканскую криминальную субкультуру. Мне встретился в Кейптауне очень авторитетный человек, мастер владения холодным оружием. На тот момент меня беспокоил вопрос откуда у бандитов такое умение владеть холодным оружием, и я с этим вопросом обратился к этому авторитетному человеку. На что он улыбнулся и сказал, что на самом деле эти парни знают всего-то один-два удара ножом. И здесь речь идет об общей массе представителей этой криминальной субкультуры. Тот же человек, с которым я разговаривал, — настоящий дьявол, для него человека убить ничего не стоит. У этого человека очень высокий уровень фехтования. По сути своей это два разных вертикальных полюса. И так дело обстоит во всем, не только в фехтовании, но и в образе жизни, общении, навыках, отношениях, в философии – во всем.

Стрелка вправо: несогласие. Это порождает споры и разное понимание. Люди, находящиеся на среднем уровне, пытаются искать что-то, чтобы понять всю эту субкультуру, одновременно являясь ее приверженцем. Здесь постоянно идет дискуссия о том, что правильно, что не правильно и т.д. И люди с одинаковым представлением соединяются в мини-группы. Таким образом они, как бы, совместно пытаются решить этот вопрос как-то философски или технически. Так как я много лет консультирую разные бизнесы в области менеджмента, безопасности и прочих вопросов, то я вижу, что и в обыкновенных организациях вся эта система работает точно так же, как и в субкультуре. Некие неформальные группы образовываются везде, вне зависимости от сферы деятельности организации. Как бы руководство не пыталось их атомизировать, они все равно пытаются с друг другом — где-то на кухне, в курилке, — найти место, где они могут вступить в некую дискуссию.

Стрелка влево: апелляция к прошлому. Это люди, которые сидят и думаю:  «вот когда я пришел в эту субкультуру, то все же было не так». Как наш президент Европейской академии наук говорит: вот я уже мамонт, я уже полезное ископаемое, тогда такой социологии не было.

 

 

Ситуация выглядит следующим образом.  Когда мы входим внутрь субкультуры, то у нас точка контакта где-то в одной из пяти точек: центр, лево, право, верх, низ.  Получается, что когда человек начинает изучать субкультуру, то он это делает только в одной точке. Следовательно, он изучил только 1/5 этой субкультуры, и этому человеку кажется, что именно так и выглядит вся субкультура, и он дальше разбираться не идет. Поэтому его исследования всегда носят однобокий и дезинформативный характер. Так обычно работают журналисты. Они берут человека из субкультуры, с какой-то из 5-ти точек, взяли у него интервью и выдали  информацию за всю субкультуру одновременно.

Представители субкультуры начинают возмущаться и говорить, что все не так, то, что сказано в интервью, — это не про них. Получается, что у них информация о субкультуре подается сквозь призму их неспособности ее исследовать. Поэтому как только журналисты начинают заниматься исследованием субкультуры, религии, бизнеса или любой другой структуры, где нужен серьезный системный подход, то я всегда начинаю улыбаться. Это и создает тот дезинформационный поток, который сегодня в науке и СМИ существует относительно этих явлений. В этом и кроются основные проблемы исследования внутри малых групп, потому что из этих малых групп и состоит субкультура. Если вы всю субкультуру не исследуете, то вы никогда не поймете, что это такое. И если вы не видите этого радикального звена, это еще не значит, что его не существует. Надо его искать до тех пор, пока его не найдете. И пока вы все 5-ть точек не пройдете, то вам нельзя заканчивать исследование и оформлять его результаты, потому что это пять взглядов, которые формируют комплексную философию субкультуры.

Спасибо за внимание!