Неаполь – криминальный центр Европы, родина неаполитанской мафии, которую принято называть «Каморра».
Выписка из трактата XVIII века по неаполитанскому фехтованию: «Сеньору Мартину Негозии, судье Великой Короны и трижды генерал-комиссару правительства передается всеобъемлющее право на гражданскую и криминальную власть».
С какой целью была создана Каморра и сколько ей лет? Какова связь сегодняшнего правительства с оргпреступностью Неаполя? Кому выгодны такие союзы? Какова связь между неаполитанской и южноафриканской криминальными традициями?

История XXI века

Неаполь – крупнейший центр наркоторговли, место, где процветают банды и уличная преступность. Почему нет порядка и сколько нужно времени, чтобы его навести? Кто и для каких целей создал структуру, которая держит в страхе юг материковой части Италии?
С одной стороны, в Неаполе самые высокие показатели по количеству грабежей в Италии, с другой стороны, во время съемок фильма «Их Италия» руководитель следственного управления государственной полиции Неаполя Витторио Пизани прямо заявил Владимиру Познеру, что за последние 15 лет ситуация в Неаполе значительно улучшилась. Все главы мафии арестованы, многие осуждены за убийства, множество криминальных организаций переживает трудные времена, и это подтверждает тот факт, что в последние годы сократилось количество убийств.
Получается, что первые лица Каморры арестованы, но Неаполь, как и прежде, остается одним из самых криминальных городов в Европе. С Каморрой всегда боролись, но никто не ставил задачу прекратить ее существование. «Бороться» означает, что есть полиция, пусть она и борется. У них ведь такая работа – сажать преступников в тюрьму. Но Каморра продолжает существовать. Это некая итальянская мистификация.
Так чем же является легендарная Каморра на самом деле? Действительно ли это дети на мотоциклах?
В фильме «Их Италия» Пизани рассказывает о двоих детях, убивших американца. Эта шпана была арестована, и их привели в кабинет Пизани. Они рыдали все время, начиная с момента протоколирования их ареста. Так, возникает вопрос: спецподразделениями полиции ведется борьба против этих детей? Неужели они увидели в детях серьезную организацию?
Безусловно, каморристы не ограничиваются кражей личных вещей туристов, но сегодня у большинства людей деятельность Каморры ассоциируется с уличной преступностью, при этом одновременно существует вторая Каморра – легендарная и мифологическая организация чести. Какая из этих двух Каморр является настоящей? Или, может быть, сегодняшние каморристы мало что знают об изначальных целях и философии своей организации?

Почему государство не только смирилось с фактом существования пирата Джузеппе Гарибальди, но и активно с ним сотрудничало?

В фильме Владимир Познер заявляет: «Мафия и Ндрангета – это две организации, которые стремятся к контролю над обществом. По сути, это антигосударство. У Каморры другая организация – совершать преступления с единственной целью обогащения, но никак не против государства».
Интересный факт, что банды «26», «27» и «28» Кейт Плезо ведут себя точно так же, как Каморра в Неаполе. Они не претендуют на власть – им нужны деньги. Сегодня, как и много лет назад, цель каморристов остается неизменной – обогащение. К примеру, Джузеппе Гарибальди, который является одним из героев мифологической Каморры, по сути был пиратом, простым бандитом, таким же, как и Нанголоза. Про каморриста Гарибальди первый король единой Италии Витторио Эммануеле II говорил: «Гарибальди является довольно неприятным персонажем, он далеко не так честен и не так управляем, как многие себе его представляют. Печально известная кража целой сокровищницы является ярким тому примером».
Возникает вопрос: почему государство не только смирилось с фактом существования пирата Джузеппе Гарибальди, но и активно с ним сотрудничало?
Витторио Пизани – фигура в Неаполе особая. Хоть он и считается грозой мафии, нет каморриста, который не говорил бы о нем с уважением. Можно назвать этот феномен Каморры характером отношений с полицией. Под руководством Витторио Пизани были организованы и проведены аресты практически всех ключевых руководителей Каморры. Логично было бы предположить, что он является личным врагом Каморры, однако в Неаполе логика не работает: Пизани может спокойно ходить по улицам без охраны, и его никто не тронет.
Почему человек, который отправил за решетку руководителей Каморры и нанес ущерб неаполитанской мафии, является неприкасаемым для каморристов? Очевидно, что в XXI веке нам будет сложно найти ответы на все эти вопросы, поэтому мы отправимся вглубь веков.

 

История XVI—XVIII веков

Согласно классической истории, в первой половине XVI века на территории Неаполя появились монахи-францисканцы, что неудивительно, поскольку они являлись мощнейшей контрразведывательной структурой Карла V. Именно они обеспечивали незыблемость власти испанской короны на завоеванных территориях. Подготовительный центр францисканцев находился в Палермо. Также стоит напомнить, что эти люди прекрасно владели техникой работы с клинковым оружием.
Однако в рамках этой статьи намного важнее понимать, чем они занимались на территории Неаполя. Рассмотрим фрагмент книги Марко Феррары «Бандиты, ножи и палки». В основе этой книги лежат материалы из архивов неаполитанских библиотек: многие священники втайне учили разбойников боевой технике, которой они были обучены в своих общинах. Очевидно, что эти разбойники являются представителями неаполитанской криминальной традиции, предшественниками той самой Каморры. Возникает закономерный вопрос: зачем монахам-францисканцам готовить неаполитанских разбойников к боевым действиям?
Этот вопрос был задан мне, поскольку я являюсь экспертом НИИ «Исследования мировых традиций воинских искусств и криминалистических исследований применения оружия». Мною было изучено неаполитанское фехтование, потому я могу сказать следующее: вроде бы оно есть, а вроде его и нет. Никто ничего о нем не знает. В этом непростом расследовании предлагаю исходить из двигательных навыков.
Если на протяжении минимум трех столетий на территории Неаполя существует криминальная организация, совершающая преступления с целью обогащения, то, вероятно, ее представители должны использовать определенную систему работы с холодным оружием.
Неаполитанская школа в XVIII веке стала контрсистемой для всей Италии. В XVIII веке пришли французы, и возник французский стандарт, который заставил исчезнуть все школы фехтования в Италии. Так написано во всех существующих официальных справочниках. Это некая точка отсчета. А неаполитанская школа осталась только потому, что была контрсистемной, преступной и криминальной.

Перевод трактатов

О неаполитанской школе фехтования известно мало, но, несмотря на это, существуют трактаты XVIII века, которые сохранились до наших дней. Их переводом занимаются сотрудники НИИ Памяти.
Анна Филиппова является моим личным помощником. Ею переведены трактаты по неаполитанскому фехтованию, и это далеко не первая ее научная работа такого рода. Среди других ее работ можно также отметить перевод пяти венецианских и двух древних испанских трактатов по фехтованию. Вот, что она говорит об этих трудах: «Сама система неаполитанского фехтования сконструирована очень умными людьми. Эти книги не были написаны для простых людей. Это были книги для дворян, для тех, кто хотел иметь власть, то есть они не для тех людей, которые полагаются на волю судьбы».
Каныкей Турсунбаева также занимается переводом древних трактатов по фехтованию, и одной из ее знаковых работ можно считать перевод на русский язык древнеиспанского трактата «Величие меча» Дона Луиса Пачеко де Нарваэса. Также ею были переведены ряд испанских трактатов и два трактата XVIII века по неаполитанскому фехтованию. «Испанский и неаполитанский стили тесно взаимосвязаны, поскольку в их основе лежит множество испанских элементов, ударов, движений ногами, работа кистью, свойственных испанской технике. Люди, написавшие эти трактаты, были светилами того времени в области фехтования. Они понимали, что им нужно будет доказывать факт, что это является фундаментальной наукой, так как даже в то время было очень много простолюдинов, которые не верили им и всеми возможными способами пытались дискредитировать их и их учения. Понимая это, они доносили информацию до таких людей определенным способом».
Наряду с палермитанской неаполитанская школа сама по себе является эффективной. Это две самые эффективные школы, существующие на сегодняшний день в Европе. Мы не рассматриваем испанскую школу, поскольку она породила эти две школы. При этом логические системы моделей говорят о том, что они имеют испано-южноафриканское происхождение. То есть носорог, тигр, орел и волк – это смесь норманнской и южноафриканской систем. Две модели являются норманнскими, две – южноафриканскими.

Наркоторговля и логические модели воинских систем

На сегодняшний день самым важным бизнесом является наркотрафик, помимо того, что очень много наркотиков потребляется в Неаполе. Проблема эта заключается в бедности и очень низком уровне социальной и культурной жизни, что толкает молодых людей на путь криминала. Двадцать процентов рядовых каморристов не умеют ни читать, ни писать.
В фильмах про Каморру говорится, что нищета является главным двигателем. Такая же ситуация и в Кейптауне, где нищета – главный двигатель Кейт Плезо. Это странное совпадение указывает на связь неаполитанской криминальной традиции и южноафриканской криминальной традиции. Кейт Плезо также является центром наркоторговли, и вдобавок к низкому уровню образования здесь царит та же нищета. Устройство, правила и логические модели воинских систем также указывают на одинаковое происхождение. Каморра и южноафриканская криминальная традиция являются братьями-близнецами. Культ «Нанголоза» в переводе на русский язык означает «лишенный голоса», «сошедший с корабля», «изгнанный из команды».
Существует достаточное количество фильмов и книг о числовых бандах Кейптауна. Под моим руководством было проведено комплексное исследование южноафриканской криминальной традиции, которая, безусловно, имеет испанские корни. При сравнении подготовки банд «26», «27» и «28» мы увидим, что везде существует одинаковая модель подготовки, и связывает их между собой только Испания.
В фильме «Их Италия» Витторио Пизани вспоминает случай, когда один из арестованных криминальных авторитетов Каморры по какой-то неведомой причине перечислил миллион лир в помощь голодающим детям Африки. Это было в 1998 году, и при личной беседе этот человек заявил: «Я знаю, что я преступник, так как даю людям наркотики, которые они распространяют, и получаю свою прибыль, но я также делаю и добро. И сегодня я выполнил свой долг, перечислив в Африку миллион лир для голодающих детей».
Возникает логичный вопрос о связи двух криминальных традиций –неаполитанской и южноафриканской. Пока что не найдены достоверные источники, подтверждающие это, но их связывает море, и нужно сравнивать не традиции, а пиратов двух континентов, то есть обе эти традиции являются пиратскими, и именно этим они похожи, а не тем, что Неаполь и Кейт Плезо имеют некие сходства.

Гипотеза (пираты)

И снова пираты!
Какова тогда причина многовекового сотрудничества между государством и пиратами? Почему в истории существуют такие примеры как Джузеппе Гарибальди? Один из вариантов ответа на этот вопрос мы можем найти в книге Марко Феррары, где приводятся слова первого короля единой Италии Витторио Эммануеле II: «На юге недостаточно убить врагов! Необходимо их покалечить и бросить живыми в медленный огонь! Необходимо истребить населения юга или отправить их в Африку, чтобы они стали гражданскими».
Неаполь пожизненно является центром революционной Италии. Многое теперь становится на свои места. Действительно, еще со времен восстания Спартака, на протяжении многих веков, Неаполь являлся и остается по сей день опасным регионом для центральной власти Италии. В таком случае становится понятно, зачем монахам-францисканцам, дворянам и военным обучать неаполитанских разбойников технике владения оружием и искусству фехтования: цель может быть только одна – защита территории от попыток раскола и организации вооруженных восстаний.
Эта гипотеза не является уникальной. В период Второй мировой войны большое число заключенных, находившихся в советских тюрьмах, отправились на фронт. Понятно, что центральной власти и руководителям определенных подразделений приходилось обучать военному делу представителей русской криминальной традиции.
Многие будут не согласны с высказанной мною гипотезой о том, что Каморра – это некий предохранитель, созданный центральной властью. Это мое субъективное мнение как журналиста и эксперта. Честно говоря, не вижу другого предназначения. Как автор этой статьи могу сказать, что именно эта концепция одновременно объясняет все парадоксы, мифы и легенды, существующие вокруг Каморры.

Итог расследования

Является ли эта гипотеза сенсационной? Мне так не кажется, поскольку это может удивить только тех читателей, кто слабо знаком с историей. Повторюсь, в одном из трактатов по неаполитанскому фехтованию XVIII века, о котором упоминалось в начале статьи, сказано: «Сеньору Мартину Негозии, судье Великой Короны и трижды генерал-комиссару правительства передается всеобъемлющее право на гражданскую и криминальную власть».
Можно сказать, что это некая структура, созданная центральным правительством Италии, которая просто-напросто контролирует юг страны с целью препятствования возникновению когда-либо и какого-либо политического движения в этом регионе.
Очевидно, что в этой гипотезе все становится на свои места. Что касается центральной власти Италии, то ее представителям выгодно такое положение, ведь если кто-то попытается организовать революцию на юге Италии, то первыми выступят против каморристы. Все понимают, что после любой революции на территории меняется не только светская, но и криминальная власть. Все эти изменения невыгодны и Каморре, так как в этой точке они совпадают с интересами правительства.
В рамках этой гипотезы становится понятен феномен руководителя следственного управления Витторио Пизани. Представителям Каморры бессмысленно и абсолютно невыгодно организовывать покушение на Пизани, иначе они могут испортить отношения с центральной властью. Но когда баланс нарушается, и Пизани предупреждает своего друга детства о готовящейся облаве, его снимают с должности и возбуждают уголовное дело.
Центральному правительству в Риме очень выгодно иметь такую организацию, которая может убить любого человека с политическими интересами вместо бизнес-интересов в этом регионе. Специалисты в таких случаях говорят: «Речь идет об управляемой организации. Безусловно, на территории города, площадь которого в два раза меньше Одессы, навести порядок и уничтожить Каморру не составляет большого труда, но этого никто не делает».
Любому государству всегда выгоднее иметь на своей территории сильную преступную организацию, но при этом контролируемую, нежели каждый день бороться с криминалом и очагами революции одновременно. Правительству, равно как и Каморре, выгодно равновесие.

Автор статьи академик, PhD. Олег Мальцев